Недавний гала-концерт проекта "Творческие открытия" на сцене Зимнего вел популярный теле- и радиожурналист Вадим Верник, автор и ведущий программ о новом поколении в искусстве "Кто там…" на телеканале "Культура", обладатель общественной премии "Театрал" и лауреат национальной премии "Радиомания" в номинации "Лучшее ток-шоу" за еженедельную программу "Театральная среда братьев Верников" на "Радио России – Культура". Беседа с Вадимом о положении дел в "молодежном культурном пространстве", где он давно является знаковой фигурой, состоялась сразу после концерта.

ШАНС НА САМОРЕАЛИЗАЦИЮ
– Я с удовольствием откликнулся на предложение продюсера Анастасии Коваленко, – рассказывает Вадим. – Считаю, что "Творческие открытия" очень перспективный проект. Все его участники – лауреаты и дипломанты престижных конкурсов. И хотя все они только в начале творческого пути, каждый по отдельности – уже личность. Вот, например, самый титулованный участник сегодняшнего концерта – солист балета Большого Артем Овчаренко. В этом сезоне он выпустил 6 премьер – главные партии в лучших балетных спектаклях! Сейчас Артем – состоявшийся артист, занимающий в главном театре страны свою творческую нишу, а два года назад я снял сюжет для своей программы "Кто там…" о его первой главной партии в "Щелкунчике"…
Или блистательная пианистка Галина Чистякова, незаурядная скрипачка Анна Коряцкая, оперная певица с великолепными вокальными данными Ольга Терентьева, замечательная молодая балерина Аня Тихомирова, делающая первые шаги на сцене Большого и уже танцующая сольные партии во многих спектаклях… Иными словами, проект Анастасии Коваленко дает возможность показать в регионах потенциал молодых и одаренных людей: танцовщиков, вокалистов, пианистов, скрипачей – представителей академических видов искусства. Согласен с директором Сочинской филармонии Владимиром Мишариным, отметившим на пресс-конференции, что не только шоу-бизнес и поп-культура сегодня востребованы. Все билеты проданы и на сочинский, и на астраханский концерты "Творческих открытий".
– Однако покорение Сочи или Астрахани не идет ни в какое сравнение с покорением Москвы или Парижа. Получив признание столичных мэтров, надо ли доказывать свою профессиональную состоятельность, самоутверждаться в провинции?
– Надо. Одно дело ты – часть коллектива, другое – персона, к которой относятся с особым пиететом, что не всегда есть в тех театрах, оркестрах, институтах, где работают и учатся наши ребята. Ведь пророков в своем отечестве, как известно, нет. А такого рода проекты дают шанс на более полную самореализацию. К примеру, артист балета Большого Михаил Крючков исполнил на сцене Зимнего два современных номера "Соната" (хореография Константина Семенова) и "Клен" (хореография Морихиро Иваты). У себя в театре Миша танцует классику и небольшие сольные партии, то есть пока в том репертуаре не может выразить свое "Я". А в нашем концерте он предстает "крупным планом": не только как отличный танцовщик (оба номера поставлены специально для него), но и как артист с сильным драматическим началом. Впрочем, даже статусным артистам Большого Артему Овчаренко и Владиславу Лантратову "Творческие открытия" позволяют блеснуть новыми гранями своего таланта. У себя в театре Владислав исполняет инфернальную роль Злого гения в балете "Лебединое озеро" и гротесковую роль в "Светлом ручье", а здесь весьма успешно пробует себя в брутальном образе Базиля в "Дон-Кихоте"...
Кроме того, есть такое понятие "харизма", которое с греческого переводится как "божественный дар", "благодать", "милость". Харизматичный актер может вызвать сильную эмоцию, даже будь он очень молод и неопытен. Например, на Берлинском кинофестивале главный приз "Серебряный медведь" за лучшую мужскую роль получил Григорий Добрыгин, для которого фильм Алексея Попогребского "Как я провел этим летом" – дебютная работа. Вчерашний студент ГИТИСа удостоен награды, о которой могут мечтать корифеи! Гриша в этом году успешно завершил учебу и пришел в "Современник". Теперь ему необходимо забыть о регалиях и "вкалывать", получая удовольствие от профессии и даря удовольствие зрителям. Во время съемок программы "Кто там…", посвященной Грише, я понял, что он не только артист от Бога, но серьезный, думающий человек.

"КТО ТАМ…"
– Вадим, когда вы с братом Игорем, подобно Добрыгину, стояли перед выбором "дела жизни", то чувствовали свою харизматичность, предрасположенность к конкретной профессии или на вас повлиял пример родителей?
– Лично у меня во время учебы в школе не было ни малейших сомнений, куда поступать, – только в ГИТИС, на театроведческий факультет. Игорь же с малых лет мечтал стать актером. И тут, вы правы, сказалось влияние театральной среды, в которой мы росли. Наш отец Эмиль Верник много лет был главным режиссером литературно-драматического вещания Всесоюзного радио, мама преподавала в знаменитой музыкальной школе имени Прокофьева, и в семье все время шли разговоры про театр. Наш старший брат Слава – актер, окончивший школу-студию МХАТ. Да, Игорь мог бы быть хорошим журналистом (у него прекрасный язык), но в итоге тележурналистом стал я, сохранив свой интерес, свою любовь к театру. Общаясь с героями своей программы "Кто там…", ребятами молодыми, неординарными и талантливыми, нередко у них учусь. Я отношусь к тем, кто в 20 лет был довольно инфантильным. Сейчас все гораздо жестче и стремительнее – и в мире кино, и в мире театра, и вообще в жизни. Нынешние двадцатилетние начинают делать себя гораздо раньше, чем мы.
Сегодня я рассматриваю свою программу как некий познавательно-развлекательный журнал, где известные люди и те, кто станет известным, представлены в разных ракурсах. Это может быть Анна Нетребко – певица мирового масштаба, и может быть никому не известный актер, вчерашний студент.
– А бывают ли неприятные собеседники, от общения с которыми вам постфактум хотелось бы отказаться?
– Конечно. Однажды час беседовал с одним молодым актером. На мои вопросы он кивал головой, мычал что-то нечленораздельное, но мысль сформулировать не мог. Я недоумевал: работает в хорошем театре, где его считают просто гением, но почему разговор с ним у меня не получается?! Отснятый материал был настолько ужасен, что я никак не мог решиться поставить программу в эфир. Рассказал об этом своему герою. "А мне все равно", – равнодушно пожал плечами тот. И я интервью все-таки выпустил. Актер-то он хороший…
Сначала в моей программе "Кто там…" были только молодые, начинающие, потом – звезды разных поколений: Яковлев, Калягин, Абдулов, Чурикова, Янковский, Хворостовский, рассказывающие о начале пути. Мне было очень интересно соединение того, что было, и того, что есть. Хочу отметить, что на телеканале "Культура" атмосфера очень комфортная для творчества. Канал ориентируется на интеллигентных людей разного возраста.
Программа "Кто там..." тоже рассчитана на них. Она о тех, кто уже заявил о себе в профессии. Не "Алло, мы ищем таланты", где человеку дают шанс и он может им воспользоваться. Мне хотелось показать, что в цирке с уходом из жизни Юрия Никулина ничего не остановилось. После легендарной Плисецкой нет вакуума в балете. То же самое в драматическом театре. У нас есть выдающиеся актеры – Чурикова, Табаков, Калягин, но это не та граница, за которой пустота. Есть люди нового поколения с новым мышлением, которые не менее талантливы.

"…И ТЕЧЕТ ТВОЯ ДУША В МОЮ"
– Как вы подбираете героев?
– Все, что связано с искусством, конечно, субъективное и вкусовое. Могу пойти в театр и увидеть актера, играющего маленькую эпизодическую роль, но с какой-то искрой, изюминкой, и тогда мне интересно понять, что за этим стоит. Не то чтобы я помогал им просто попасть на экран. Моя задача – проследить появление новых звезд. Правда, иногда подходят и говорят: мы с тобой знакомы, сними меня! Тут я всегда встаю на дыбы. Сразу возникает внутреннее отторжение. Беда еще и в том, что нет пока хорошей информационной базы молодых и талантливых, приходится идти на прорыв. Встречаясь с потенциальным героем, отсматривая его работы, знаю – программа получится удачной, только если "зажигаюсь" сам.
– В дальнейшем вы следите за творческим становлением "тех, кого приручили"?
– Разумеется! С кем-то завязываются дружеские отношения. Главное – я вижу, что никто из них не остановился в своем творческом развитии. Они нацелены на успех.
– Насколько понимаю, начинающие актеры более благодарны за то, что вы их заметили и пригласили. У звезд такого нет…
– Бывают исключения. С прекрасной актрисой Ксенией Раппопорт мы договаривались об интервью год: то она была не в настроении, то занята, то не уверена, что ей это нужно. Но когда мы встретились перед объективом телекамеры, возникло ощущение истинного удовольствия. Как это у Цветаевой: "…и течет твоя душа в мою"! А вот во время беседы с Сергеем Безруковым, которого уважаю как актера и человека, мне было очень сложно. Проговорили два часа, а из них можно было взять максимум 10 минут. Зато в течение этих 10 минут я чувствовал кожей, что он искренен. Сергей – очень закрытый, человек-броня.
– В телеэфире вы сама коммуникабельность и… скромность: себя не выпячиваете, стараетесь не перебивать собеседника вопросами, когда без них можно обойтись… А ведь телевидение предполагает публичность!
– У меня психология газетчика, который должен все сделать сам, все проверить, вплоть до подписи под фотографией. Сам расшифровываю интервью, сам монтирую передачу. Хотя для отечественного телевидения это, действительно, нетипично. Обычно один договаривается, другой снимает, третий монтирует... Я договариваюсь со всеми сам, для меня в этот момент уже идет интервью.

ШАМПАНСКОЕ НА ПАМЯТЬ
– Помню ваш "Мотор!" с Натальей Гундаревой. Удивительно искренняя получилась беседа!
– Да, это мой первый телепроект! Наша беседа с ней должна была предварять показ фильма "Сладкая женщина", в котором она сыграла главную роль. Чтобы воссоздать ту самую "сладость", мы решили в кадре открыть бутылку шампанского, конфеты и в такой благостной обстановке поговорить. Снимали в ресторанчике неподалёку от Театра им. Маяковского, в котором служила Наталья Георгиевна. Мы с ней вошли в кадр, и режиссёр начал объяснять мне порядок действий. По его задумке, я должен был прямо во время записи откупорить шампанское и достать конфеты. Я пытался возразить, что не сумею красиво открыть бутылку и всё испорчу. Режиссёр настаивал на своём. А Гундарева молча сидела и наблюдала за нашим спором. В конце концов я уступил. Началась съёмка, я стал задавать какие-то вопросы, хотя в голове была только одна мысль – как я буду открывать шампанское. Наконец настал этот момент. Трясущимися руками я достал бутылку и только попытался её открыть, как Наталья Георгиевна неожиданно обратилась ко мне: "А можно я возьму её на память?"
"Я буду только счастлив", – ответил я, успокоился, и мы записали чудесный разговор. С этого момента я был восхищён и пленён Гундаревой навсегда. Ведь так поступить мог только очень мудрый человек – она сделала всё, чтобы избежать неловкой ситуации. Взяла, образно говоря, огонь на себя. И хотя мне потом говорили, что вот, мол, какая Гундарева, не захотела с тобой поделиться шампанским, я отвечал, что она, наоборот, фактически спасла меня. Тот случай так меня раскрепостил… Может, на всю оставшуюся жизнь.
– В тележурналистике вы сейчас чувствуете себя как рыба в воде. Но когда это чувство возникло?
– Не сразу! А втянул меня в эту историю Дмитрий Дибров. Я тогда работал в газете "Неделя", всем был доволен и ничего в своей жизни менять не хотел. Но тут Дибров предложил один телевизионный проект. И когда он звонил, чтобы извиниться за то, что проект пока откладывается, я был самым счастливым человеком на свете. Понимаю, что многие ради появления на телеэкране готовы пробивать лбом стены. Мне ничего такого делать не пришлось. Но когда попал на телевидение, понял, что моя телевизионная судьба – в моих руках. По крайне мере, от самого человека зависит многое.
Первая съемка – с Ларисой Удовиченко. Что и как надо делать, мне никто толком не объяснил. Практика – лучший учитель! Хотя поначалу не было внутренней уверенности. И тогда я решил, что если мы запишем еще несколько интервью, а эта уверенность не появится, тогда уйду с телевидения раз и навсегда. К счастью, однажды наступил "момент истины" (это случилось во время беседы со Светланой Немоляевой): мне стало абсолютно безразлично, включена камера или нет...

БЛИЗНЕЦЫ
– Как вы с Игорем оказались на одной радиоволне?
– Если честно, мы никогда не стремились работать вместе и даже не думали, что такое вообще возможно. У нас уже был печальный опыт. Как-то, когда я еще работал в газете, взял у Игоря интервью. И когда ему показал готовый вариант, дело дошло чуть ли не до драки… После этого мы зареклись сталкиваться по работе. Но обстоятельства бывают сильнее нас. Нам предложили вести совместно каждую неделю часовой прямой эфир "Театральная среда братьев Верников". Программа существует уже три года. А причина этого в том, что мы с Игорем слишком разные: он играет на эмоциях, а я могу задавать более профессиональные вопросы. В результате мы имеем удивительное сочетание. Когда у нас в гостях была великая и мною боготворимая актриса Терехова, Игорь, который раньше не был с нею знаком, просто сказал: "Здравствуйте, Маргарита!" А я даже не представлял себе, как можно к ней обратиться без отчества! Тем не менее у нее сразу возникла позитивная эмоция….
– Вы с Игорем братья-близнецы, но даже человек, незнакомый с вами близко, может заметить, насколько вы разные. Он более активный, вы более спокойный. Не потому ли, что Игорь родился на 15 минут раньше?
– Не исключено. Игорь действительно родился очень быстро, а со мной были большие проблемы. Так что даже заволновалась наша бабушка – врач-гинеколог. Она взмолилась: "Вы нам хотя бы одного сохраните"… Эта фраза мне очень нравится, она во многом стимулирует. Я думаю: "Слава Богу, что сохранили обоих. Что я вообще живу".
– Пишут, что именно Игорь уговорил вас поселиться с ним в одном подъезде…
– Да, это был новый дом, где квартиры предлагали на хороших условиях. Так получилось, что к тому моменту Игорь продал свою квартиру, я – свою, и мы оба купили жилье в одном доме. Игорь даже предлагал на одном этаже, но я решил, что это уже чересчур. Однако в гости друг к другу ходим. Правда, я к нему хожу чаще, чем он ко мне. И если могу забежать, то после часа ночи...
– Простите, а готовить вы умеете?
– Только кашу. Каждый мой завтрак – овсянка. В еде я неприхотлив. Не гурман: изысканные блюда мне не нужны.
– А чашки? Слышал, что у вас шикарная коллекция чашек. Когда вы начали ее собирать?
– Примерно пятнадцать лет назад, когда в круизе (тогда это было модно) снимал программу "Полнолуние". Мы проплывали мимо разных стран. Неожиданно для себя купил чашку сначала в одном городе, потом в другом и понял, что из этого может получиться коллекция. Но для меня важно не просто банальное "I love USA!", а чтобы обязательно с названием города – Нью-Йорк, Барселона, Токио. Конечно, хочется, чтобы и внешне чашка была необычной. Далеко не в каждом городе можно встретить хороший экземпляр для коллекции. Зато сейчас смотрю на них – и с каждой связана своя история.
– А чашкой с надписью "Сочи" успели обзавестись?
– Пока нет! Не было времени. Но в следующий раз охотно поброжу по вашей Торговой галерее в поисках чашки и… необычной истории.
Виктор ТЕРЕНТЬЕВ.